Как не любить мне эту землю

Чтобы любить, надо знать

В этом разговоре с читателем постараемся представить ненавязчивые раздумья о «лице» Кисловодска. О городе, где мы живем, где живут наши дети и где предстоит жить нашим внукам и правнукам.

И от того, как мы сами относимся к любимому городу, зависит и отношение к нему будущих поколений.


…Я влюблен в свой город. Влюблен в свой Кисловодск. Люблю маленькие старые улочки, и переулки, и закоулки, и заросшие изумрудной зеленью балки и горные склоны. Люблю представлять, как под крышами покосившихся домишек когда-то торжествовала жизнь, радость и любовь, вершилась своя судьба – грустная или радостная, печальная или веселая.

И названия улиц был исторически оправданы, естественны и романтичны. А так как Кисловодск расположен в котловине, образуется подножиями Джинальского и Кабардинского хребтов, в ущельях речушек Ольховки, Березовки и Ореховки, то и эти первые улочки носили названия Ольхово-Набережной, Кабардинской, Березовской, Джинальской и Аликоновской (горское название Ореховой).

У стен знаменитой Кисловодской Крепости образовалась солдатская слободка – селение, где жили служивые этой крепости. Три улочки, как ручейки, разбегались от стен Крепости и получили каждая свое имя: Нижняя, Средняя и Верхняя. Теперь эти улицы соответственно – Ярошенко, Лермонтова и Гагарина.

Вот здесь уже мы видим первую «перемену декораций», и это понятно и логически обосновано: безликое первое название улицы Нижняя переименовано в улицу Ярошенко. Именно здесь жил великий художник-передвижник, здесь стоит его дом, теперь ставший художественным музеем. Это «Белая вилла».

Замечательный краевед, знаток старины Сергей Михайлович Косолапов составил свод названий улиц прошлых лет – и тех, что еще уцелели, и тех, что исчезли с лица города. Он сделал вывод, что в названиях улиц самый большой процент занимают имена революционных деятелей и событий. В годы советской власти сложился своеобразный стереотип, своеобразный»джентльменский набор», – обязательный для каждого бывшего города. Так и в Кисловодске появились улицы Урицкого, Свердлова, Розы Люксембург, Перовской, Клары Цеткин, Калинина, Дзержинского, Коминтерна, Октябрьская…

И даже в наших городах кавминводской группы – и в Пятигорске, и в Ессентуках, и в Железноводске – легко найти улицы с одинаковыми названиями. Как тут не вспомнить великолепный казус современности, положенный Эльдаром Рязановым в основу его «Иронии судьбы…»?

Как не любить мне эту землю

Излишне повторять, что каждый город должен иметь свое собственное лицо, по которому легко прочитываются его особенности, его характер, его судьба…

Как хорошо, что в моем родном Кисловодске сохранились названия, которые нельзя переименовывать: Замковая (от популярной достопримечательности «Замок коварства и любви»), Курганная, Парковый пешеход, Станичная, Прудная, Крепостной и Пикетный переулки… А улица Тихая, Ракитная, Красивая, Веселая? Названия говорят сами за себя… Были и должны остаться улицы Южная, Восточная, Западная и обязательно – Северная, а не Велинградская, как сейчас.


Хорошо, что улице Патриса Лумумбы вернули ее прежнее название – Широкая. А то ведь доходило до анекдота: внучек спрашивает у бабушки – а кто такой Патрис Лумумба? – она, сама не зная, поясняет: был, дескать, такой летчик-негр, здесь разбился, в честь него и улицу назвали… Страшно, когда невежество, умноженное на глупость, рождает подобные небылицы


Кисловодск – город особенный. Город, открытый для многочисленных отдыхающих, гостей, туристов. Улицы, дома, старинные постройки – это застывшая история, это своеобразные музеи под открытым небом, и мы должны рассказывать о них в полном согласии с точным знанием истинного хода событий, объяснить объективные причины переименования улиц, а не возникающие по прихоти, велению или по причине невзыскательного вкуса «романтиков» из ЖКХ.

Но есть у нас и улицы, названиями которых особо не похвастаешь: улица 40 лет Октября, проспект Карла Маркса (короткий подъем от Пятачка к вокзалу), Крутая дорога, Водосборная, Территориальная, переулок Зашкольный, Средненская…

И здесь нужно оговориться: я не имею права призывать к немедленному переименованию улиц, зная, какое это дорогостоящее дело. Но разговор этот затеян, конечно, неспроста: это приглашение к размышлению, каким оставим нашим потомкам наш город, которым так привыкли гордиться сами. Может быть, даже нужен закон, по которому переименование улиц не должно отдаваться на откуп случайной прихоти, а должно быть поставлено на серьезную основу – с привлечением совета краеведов, историков, журналистов, городских властей, архитекторов и всех заинтересованных служб.

Как не любить мне эту землю


В Кисловодске 260 улиц, проездов, переулков. Многие возникли в последние годы – там новостройки, а старая часть Кисловодска во многом мемориальная и, естественно, подлежит особому отношению. Ведь «мемора» – это память. И в любом современном городе старого должно оставаться столько, сколько и насколько его сохранило время. Если в Кисловодске есть улица, на которой родился Александр Исаевич Солженицын – великий писатель ХХ столетия на Руси, — то и улица должна носить его имя, а не Бородинского переулка. Пусть даже – в годы гонений – дом писателя был снесен бездушным руководством.


Старейшая улица нашего города, где когда-то стоял дворец Мавритания, построенный стараниями Эмира Бухарского, носила название Эмировской. Но ведь на ней долгие годы жил гениальный музыкант, педагог, дирижер – Василий Сафонов. На улице Эмировской, которая в советский период была названа Коминтерна, сохранилась гостиница Сафонова «Парк». Разве не справедливо в этой цепочке – Эмировская-Коминтерна-Сафоновская – отдать предпочтение последнему названию? Сафонов гордость, честь и слава Кисловодска.

Не могу понять, почему имена русских писателей и поэтов – Пушкина, Гоголя, Грибоедова, Некрасова, Есенина – носят улицы станицы Кисловодской, то есть Минутки… Поверьте мне, там никогда никто из них не жил, не бывал. А вот по бульварам Кисловодска, по центральным улицам и проспектам бродили Лев Толстой, Дмитрий Мамин-Сибиряк, Владимир Короленко, Сергей Рахманинов, Федор Шаляпин.

Мне могут возразить: и улица Шаляпина есть, и улица толстого, и Есенина… Я соглашусь. Действительно, есть. Но добавлю: на маленькой улице Вокзальной, длина которой 658 метров, на которой расположено несколько зданий, «устроили» шаляпинскую улицу… в два-три дома!.. Такой симбиоз из отрезков и обрезков улиц нелеп и недостоин имени великого Гения Мира.

Но не может быть улица Водосборная в районе Крестовоздвиженской церкви – неухоженная, необустроенная сегодня носить имя Сергея Есенина.

Мечтая о будущем, я хочу, чтобы к одной из самых красивейших улиц Кисловодска – улице Андрея Желябова, революционера и народовольца, — вернулось бы прежнее достойное название: Российская.

Хорошо, что бывшая Лесная улица переименована в честь первооткрывателя Вод Александра Петровича Нелюбина. Но разве такой чести недостойны Смирнов, Гааз, Баталин?

А разве не должны остаться в истории города имена тех, кто был причастен к формированию архитектурного облика Кисловодска – знаменитые братья Бернардацци, Уптон, Клепинин, Дескубес, Ходжаев, Семенов?

Ну а если вспомнить, что в Кисловодске провел свое детство Борис Васильевич Петровский – гордость отечественной медицины, академик с мировым именем?.. Что именно в Кисловодске жил и творил драматург Владимир Михайлович Киршон? Что верно служили Кисловодску директора Вод Хвощинский, Тиличеев, Байков, чьими стараниями развивались, и хорошели города Кавминвод?

Не нужно бояться, что «на всех улиц не хватит». Хватит, если учесть, что названия некоторых улиц в Кисловодске непонятно почему появились, и некоторые просто неуместны. Это относится, например, к улице Одесской, переулку Мартовскому, улице Коллективной, Киевской, Короткой, Ленинградской и других.

Обдуманные переименования улиц неизбежны. Время безжалостно сотрет то, что внушалось, внедрялось в сознание идеологией, потерпевшей крах в конце ХХ века. И в новый век – как в новый дом – нельзя вносить отслуживших свой век вещей.

Была в Кисловодске хорошая улица с названием Братская. И не только потому, что в этом районе были братские захоронения, братские могилы погибших воинов так именовалась она. Для Кисловодска так характерно и так естественно издавна существующее братство людей разных национальностей, которые здесь живут, трудятся, любят… Если быть точным – представители 92-х национальностей населяют наш город с численностью 135 тысяч человек.

Но вот улицу Братскую переименовали в улицу Героев-Медиков. Не найдется ни одного человека, пожалуй, кто бы возразил против увековечивания тех людей в белых халатах, которые не щадили жизни своей, спасая раненых бойцов в годы войны… Но, согласитесь, как-то не удобно «жить на героях-медиках» — бытовая фонетическая небрежность порождает казус с привкусом неуважения к тем самым уважаемым медикам…

Но ведь есть же прекрасный памятник скульптора А.А. Бичукова в Кисловодске – в скверике над речной излучиной! Вот и достойное и доступное для обозрения – уважительное место для почтения памяти героев-медиков, на котором должны быть высечены имена знаменитых врачей, которые не представляли жизни без служения медицине – без Кисловодска – это профессора Крамаренко, Нейзлин, Гнилорыбов, Лернер, Вербов, Верабов и многие, многие другие. Не дай бог потомкам забыть эти имена!

В самом начале становления Кисловодска – как городоа – естественно, было много стихийных застроек. Богатые владельцы возводили особняки, пансионы, виллы, доходные дома. Построил свой первый дом доктор Померанцев – впоследствии и улица стала Померанцевской, генерал Дондуков-Корсаков – улица стала Дондуковской, Шереметьев – улица Шереметьевская.

Появились особняки богатых бакинских нефтепромышленников – Манташева, Тагиева, Мухтарова и достойных владельцев Малхозова, Ганешина, Тамбиева, Гукасова. Строили они свои дворцы по собственному вкусу и разумению, не было единого архитектурного стиля, единой «симфонии в камне», без утвержденного проекта, на чисто самодеятельной основе.

Отсутствие архитектурного надзора и порождало «дворянские гнезда» с мансардами, болкончиками, лепниной, а рядом возникали здания восточной архитектуры. И все это выстраивалось, порой, на фоне убогих курятников и лачуг, глинобитных мазанок и амбаров.

Мы давно живем в XXI веке. Время мчится вперед, Кисловодск по праву носит имя курорта с мировой славой. Мы встречаем гостей, рассказываем об историческом прошлом, рассказываем не без гордости о его достопримечательностях, которых, увы, с каждым годом становится все меньше. Трудно, к примеру, объяснить, почему старинная – въездная – улица Кисловодска Шоссейная разорвана на две разные улицы, теперь часть ее называется Кирова, а часть имени Фоменко.

Когда-то по Шоссейной в Кисловодск въезжали экипажи, нарядные фаэтоны, проезжали мимо зеленых, цветущих садов и домиков, утопающих в садах. Потом был план реконструкции въездного района, снесли старые дома, выкорчевали сады, жителям предоставили благоустроенные квартиры, которых они не просили. Было много слез и горя, как бывает всегда, когда рушится родное гнездо, в котором прошла жизнь не одного поколения. Появились безликие дома-гиганты с блочными стенами. Так была обезличена эта часть города.


К сожалению, в последнее время и центральные улицы города теряют свою привлекательность. Они попросту бесхозны. Самой дефицитной стала профессия дворника. Не профессия, а невидимка! Почти не слышно шума моющих машин, нет красивых урн, нет изящных киосков, выполненных со вкусом


До революции в Кисловодске было мало лесных деревьев – улицы были засажены яблонями, грушами, сливой, абрикосом, вьющимся виноградом. Все это украшало улицы, даря людям неповторимый аромат, волшебный дурман плодовых деревьев, украшало чью-то старость, сопровождая чью-то молодую влюбленность. Это поражало воображение гостей города.

И звучала песня, будто специально написанная об этом, милом сердцу, прошлом:

Есть улицы Центральные – высокие и важные,

С витринами зеркальными, гирляндами огней.

А мне милей нешумные, милей одноэтажные,

От их названий ласковых становится светлей.

Очарование улицам Кисловодска можно вернуть. Затраты будут невелики, а восхищение людей останется навсегда – от свидания с городом, — таким редкостным и неповторимым. Таким мы и привыкли видеть наш Кисловодск.


Как не любить мне эту землюАвтор Почетный гражданин Ставропольского края,

Лауреат премии Союза писателей России

Борис Розенфельд

Комментарии к записи “Как не любить мне эту землю

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

семнадцать − три =