Если реклама — двигатель торговли, то критика – двигатель общественного развития. Но критика должна быть объективной, доказательной, иначе, попросту говоря, критика превращается в банальный наезд. Чтобы критика была объективной, не строилась на домыслах, слухах, необоснованных версиях — представители властных структур – муниципальных, региональных, федеральных — не должны отказываться или уклоняться от общения с прессой.
У нас в Кисловодске издаются четыре газеты, которые, так или иначе, формируют общественное мнение в городе. У каждой своя информационная политика, своя ниша, свой статус, свой угол зрения на проблемы города. Все они должны находиться в равном положении в соответствии с требованиями Закона РФ о СМИ. Некоторые чиновники все-таки избегают встреч с независимыми изданиями. Между тем, в плане информационной доступности, они обязаны относиться ко всем изданиям одинаково, а также — лояльно. Работа администрации города, всех ее подразделений и служб должна быть прозрачной. Причем в интересах самой городской власти.
В предыдущем номере газеты «На Водах» вышла в свет статья ее редактора Антона Массовера «Интервью с самим собой, или Пара вопросов к УГХ», в которой автор наглядно показал, к чему приводит закрытость некоторых городских чиновников, упорное не желающих общаться с журналистами.
Вознамерившись взять интервью у начальника УГХ Андрея Дзюбленко, чтобы получить ответы на вопросы, которые волнуют читателей, редактор газеты неоднократно звонил в приемную УГХ и просил секретаршу соединить его с ее начальником. Секретарша пообещала передать желание журналиста, как только начальник появится в приемной. Однако интервью не состоялась, так как в заключительном акте телефонных переговоров А. Дзюбленко попросил секретаршу передать Массоверу, что «он у него нет времени на общение с журналистами, он работает».
Так что, редактору городской газеты не удалось не только встретиться с начальником УГХ, но даже связаться с ним по телефону. Пришлось редактору проводить интервью с самим собой и самому отвечать на вопросы, которые были адресованы начальнику УГХ и касались непосредственно его работы и компетенции.
О чем бы шла речь, если бы интервью с А. Дзюбленко все-таки состоялось? Наверняка, о разбитых дорогах на некоторых улицах города, о плохой пропускной способности ливневок, о наболевших проблемах, связанных с уборкой и вывозом мусора, с затоплением подземного перехода во время на Октябрьской площади во время обильных ливней и т.д. Читатели ознакомились бы с мнение руководителя и специалиста, который знает ситуацию изнутри, получили бы ответы на жизненно важные вопросы — когда волнующие их городские проблемы будут решены, какие для этого принимаются меры, сколько еще понадобится времени для их устранения. Во всяком случае, читатели имели бы примерное представление о состоянии городского хозяйства, о планах УГХ.
Зачем же в таком случае держать горожан в неведении? Зачем, как говорится, наводить тень на плетень?
Когда чиновник не желает общаться с журналистами — невольно закрадывается подозрение: не скрывает ли он чего.
Вместе с тем, не давая оценки работе УГХ (пусть о ней судят горожане), хочу подчеркнуть, что у начальника УГХ и его заместителя в самом деле большой дефицит рабочего времени. Я знаю, что сразу же после планерки они выезжают на горячие объекты и возвращаются в свои кабинеты обычно к вечеру. Но из уважения к читателям старейшей газеты можно было все-таки выкроить время для встречи с ее редактором. В конце концов, можно было бы встретиться не в кабинете, а в любом месте, где руководитель может находиться в течение рабочего дня. Ради того, чтобы написать объективную информационно насыщенную статью, журналист даже готов надеть строительную каску и провести несколько часов рядом с начальником городского подразделения,
Однако по причине «безответности» со стороны А. Дзюбленко, автор вынужден был сам отвечать на вопросы, выстраивать различные версии о причинах городских проблем. Отражать факты, но не вскрывать причинно – следственные связи, в которых без откровенного разговора с А. Дзюбленко разобраться в одной статье не удастся.
Конечно, во всей этой истории начальник УГХ выглядел не в лучшем свете.
Между тем, общение с представителями СМИ отвечает интересам руководителей городских подразделений и служб. У читателя появляется возможность оценивать их работу с учетом доводов, которые они излагает в интервью и в результате вносить коррективы в устоявшееся мнение об их работе, а оно в силу своей необъективности нередко бывает неполным или вовсе ошибочным.
Следует отметить, что некоторые ответственные лица опасаются, что журналисты могут исказить смысл их высказываний и таким образом скомпрометировать в глазах начальства и общественности. Но это препятствие легко преодолимо. В конце концов, интервью можно провести под видеозапись. В случае необходимости, запись можно использовать в качестве доказательства своей правоты в сети или, в особых случаях, в суде.
От того, как чиновники относятся к горожанам, тем более к журналистам, соответственно и складывается мнение о главе города и работе городской администрации в целом.
Есть еще одна проблема, связанная с препятствованием в работе представителей СМИ, что в крайних формах, уголовно наказуемо. Вот недавний пример, журналисты снимали в городе строящийся объект, причем находились за границами его территории. К ним подскочил молодой человек спортивного вида, стал выяснять, с какой целью проводится съемка. Когда ребята ответили, что являются журналистами, потребовал показать журналистское удостоверение. Во-первых, в Кисловодске съемка разрешена всем гражданам без исключения, а не только журналистам. Более того, она даже приветствуется. Во-вторых, требование предъявить документы, удостоверяющие личность или профессиональную принадлежность, – прерогатива правоохранительных органов. Если застройщику нечего скрывать, то и нечего обращать внимание на съемку. Если есть чего скрывать, то в этом случае тем более надо вести себя спокойно. Ведь эпизоды неправомерных действий по отношению к журналисту могут быть записаны на видео и запущены в сеть, где обретут бурную жизнь, гуляя по сайтам, социальным сетям, набирая рейтинги. И тогда внимание к данному объекту повысится в разы. В этой ситуации одна скрытая проблема может потянуть за собой другую, и неприятности будут расти как снежный ком. К тому же, такие эпизоды не служат повышению имиджа города.
Если есть вопросы к прессе, лучше вежливо спросить, по какой причине ведется съемка. Грубость, агрессивное поведение ни к чему хорошему не приведут.
Самое страшное, гласит известная поговорка, это неполная информация. Отсутствие информированности общества по важным социально-экономическим, общественно – политическим и хозяйственным вопросам приводит к социальному напряжению.
В правовом государстве, уж если мы себя таковыми считаем, такое отношение недопустимо. Между тем на бездоказательную критику в форме наезда всегда, найдутся люди, которые подхватят ее и понесут как знамя борьбы с чиновничьим беспределом, при этом преследуя свои личные или узкокорпоративные интересы и цели.
Но нам нужна ясность, реальное положение дел, высказанное ответственным лицом. Если правду не откроет власть, то это сделают другие, но уже в контексте своих интересов и целей.
Наш любимый Кисловодск не какой-то заштатный городишко, не имеющий перспектив развития, забытый властью, опутанный паутиной застоя, живущий только прошлыми заслугами и воспоминаниями. Мы город федерального значения, нацеленный на мировой уровень. К нам приезжают гости со всей страны, не говоря уже о соседях из ближнего зарубежья. В последнее время в Кисловодск одна за другой зачастили иностранные делегации. Уже только по этой причине мы должны как-то соответствовать этому уровню. А чиновники – в первую очередь. И по отношению к горожанам в целом, и по отношению к журналистам.
Кто бы что ни говорил, о сужении информационного рынка, закате прессы, но магию газетного слова пока никто не отменял.
Владимир Григорян
